О нас | Вызовы современному обществу | Интересное о православии | В каком мире мы живем | Помощь БФТ, сайту | Контакты



Главная > В каком мире мы живем > Soft Power - это по-русски? 

Soft Power - это по-русски?

Глеб Павловский

Президент Фонда эффективной политики

 

21 июля 2009

Конференция "Что думает Россия?" прошла в Москве с 28 июня по 3 июля 2009. Правильный перевод ее темы значил бы - чем и как Россия воздействует на мир? В чем ее новый опыт - и как она его мыслит? Томас Грэм прокомментировал ее так, что он-то давно знает Россию, а вот прочим на Западе не лишне было б ее узнать. Похоже, такой же видит проблему и президент США Барак Обама. Интеллектуал, политик тонко чувствующий проблемы, он не видит иных проблем "включения России в мир", кроме накопленных нами "архаичных комплексов". Отчего так?

* * *

Россию принято считать страшно трудной для понимания извне. Классика жанра - слова Черчилля о "России-загадке, обернутой в тайну" (Собственно говоря, Черчилль невольно описал принцип обычной матрешки). На деле все обстоит противоположным образом: трудность внешнего знания о России лежит в нашей неготовности к самоописанию. Прояснить Россию - это наша, а не чья-то чужая задача. Это нам важно, чтобы нас понимали, ведь каждый в мире зависит от взамодействия с другими. И это у нас не найден политический нарратив понимания новой мировой России. А позорные речи о нашей якобы "невыразимой уникальности" - речь двоечников, увертка от непроделанной теоретической критики реального опыта - заимствуются на Западе, как уловка неинформированности.

Кольцо замыкается - неинформированная о себе Россия доступна любому произволу дезинформаторов . Парадокс - глобальная неинформированность о России нарастает, синхронно возвращению России в мир. "Матрешки Черчилля" импортируются из Москвы, а русофобу остается лишь подрисовать к ней клыки.

* * *

Но и Запад поставляет свои одноразовые клише-поделки: soft power одна из них. В отличие от русских поделок, западные удобны и практичны. Не вдаваясь в критику идеи soft power, стоит заметить, что изначально это разработка-апгрейд к собственно внутриамериканским дебатам по внешней политике. "Гибкая" или "мягкая власть" полагается присущей США, и с некоторым трудом признается даже за близкородственным Евросоюзом. В сущности, речь идет просто-напросто о глобальной влиятельности держав, всегда считавшейся важным рычагом их политики. (Инструмент привлекательной власти - изучен со времен Фукидида). Но то, что в отношении других президент Обама называет "архаичными представлениями о влиянии", относительно Америки мы должны признавать в качестве великого и ужасного soft power. Soft power - это своего рода "теория уникальности США".

Приступив к работе в дни институциональной разрухи и падения всех индексов влиятельности, включая экономические, Обама действует, почти целиком полагаясь на этот невесомый ресурс влиятельнейшей страны мира. О его избрании было сказано: "чудо!". И вот, президент Обама развозит "чудо Обамы" по миру. Ведь ему нечего больше предложить. Оставим в стороне вопрос веры - действительно ли Обама чудо, а его речь в Москве является "исторической"? Речи бывают историческими лишь задним числом. А вот Путин - как часть российской soft power является фактором гибкой власти уже теперь - это актуально. И студенты либеральнейшей РЭШ, выслушав Обаму с очень вежливым нетерпением, это хорошо показали.

* * *

Это была конференция об опыте России рубежа тысячелетий - двадцатилетия между двумя кризисами, 1989 и 2009. Первый из них - кризис 1989 года - оказался самым "глупым" из всех предшествующих кризисов. Глобальные кризисы прошлого сопровождались интеллектуальными вспышками, за каждым шла мощная культурная аура. Кризис 1989 - 1891 годов стал полным убожеством. Из него вышли с "клинтонианской" верой - верой, что знаем, как надо! Хотя одним из имен новой узколобости был "вашингтонский консенсус" - моноцентричный мир выдумали не в Вашингтоне. Он состоялся в умах последнего двадцатилетия раньше, чем возник в реальности. И для Запада это был мир самоочевидной ясности.

Многие из участников конференции недопонимали, откуда этот "абстрактный" для них русский разговор о ценностях? Ведь что такое для нас ценность безопасности? Это возможность жизни в защищенном пространстве, возможность производящей свободы. Запад и Европа выстроили свой безопасный космос, в котором они могут почти не говорить о безопасности - та подразумевается, а вот давайте-ка расскажите нам о свободе! Интересно, что в западной терминологии для нашей заботы нет ценностных оснований. "Пока вы не завоевали безопасность и вам нужно ради нее мобилизовать большинство - вы под сомнением!" - вот что нам говорят. "Пока вы вынуждены твердить о безопасности, вы - временщики, если не "мировые хулиганы" (слова Дэвида Сэттера)".

Хулиганством называют импровизирующую креативность русского кризисного мышления. Пока импровизации остаются недосказанными, наша политика безъязыка в своей двадцатилетней креативной безудержности. Нам давно пора подвергнуть критике этот опыт, хотя бы потому, что он имеет значение не только для нас. Собственно говоря, этот момент был центральным на конференции - ее участники не пытались спрятать концы. Ключ к посткризисному будущему - в критике опыта межкризисного двадцатилетия.

* * *

Опыт есть у каждого, но он никогда не обсуждался. Вот и Обама явно считает свой опыт того же двадцатилетия - исчерпывающим, как и мы. В последнее межкризисное двадцатилетие - от кризиса 1989-1991 гг. до кризиса 2008-2009 гг. - считалось, что проблема "как кто мыслит" осталась в темном тоталитарном прошлом, когда все почему-то мыслили по-разному и из-за этого конфликтовали вместо того чтобы потреблять. А теперь якобы нет больше такой проблемы. Но тогда мы опять погружаемся в царство недоговорок. Самая важная недоговорка упакована в дружеские призывы Обамы. Он приглашает Россию вместе с Америкой отразить угрозы будущего - не предлагая делиться будущими благами. Россия призвана защитить мир от "иранской угрозы" и Талибана, плечом к плечу: Но "союзник" не обещает передать ради этого никаких боевых технологий. Мы должны по-братски сократить вредные выбросы в атмосферу: Но приложены ли к задаче передовые американские ноу-хау с инвестициями? Итак, русских опять зовут воевать на дальние рубежи цивилизации - не приглашая к пирам ее и дарам!

* * *

Давайте различать фактор Обамы - и Обаму-человека в должности президента США. Фактор обещает больше, чем должность, и тем более, чем страна. Америка сыграла колоссальную роль в строительстве современного мира, в таких делах, как строительство международных институтов, объединение Европы и отстаивание принципа свободы. Ценности Америки нашли свое признание и воплощение - в той степени, в какой они являются универсальными. Когда ценности признаются, их проводник утрачивает монополию и перестает быть лидером. Не думаю, что ценностям свободы что-либо угрожает при исчезновении американского лидерства. Победитель всегда теряет монополию.

Обама может сделать нечто невозможное - освобождая мировую сцену от старой Америки, и по ходу пересоздавая ее. Для этого не обязательно быть идеалистом, это "высокохеджированная" политика. Америка в посткризисном мире - новичок, среди других мировых новичков. А у России появляются свои лидерские права в мировых вопросах. Мы достойны большего чем политика улыбок - политики новых мировых сил с решающим голосом. Для этого мы сами должны понять основания своей силы, и научиться мыслить Россию в мировых величинах и языке.

 

 Источник: "Русский журнал"

http://www.kreml.org/opinions/218685254 




© 2009 г., Корпус волонтеров БФТ
При копировании материалов с сайта, ссылка на источник является обязательной!